Как вы оцениваете этот год, такой насыщенный и богатый на события?
Анализируя происходящее, очень важно быть объективным, чтобы реально
видеть и оценивать положение вещей и делать прогнозы на будущее.
Конечно, прогнозы дело неблагодарное, но их делать необходимо. Мне, как
политическому аналитику, очень интересно изучать, что происходит в
политическом классе Молдовы, что произошло за последние год-два, куда мы
идем и к чему придем. Прежде всего обратимся к результатам соцопросов,
которые проводят молдавские компании. При этом вспомним директора
IMAS-INC Дору Петруцци, который говорил о прессинге в адрес их института
за то, что респонденты, участвовавшие в опросах, поменяли свои
предпочтения. А именно – что рейтинги правящей партии не так высоки, как
раньше. Когда люди спрашивают, почему цены так растут, почему с
экономикой у нас так плохо и инфляция 35%, то у власти есть один
железобетонный аргумент — война на Украине. Но люди понимают, что война
на Украине это, конечно, проблема, но цены начали расти еще до войны и в
компетенцию молдавской власти входит больше проблем, чем война на
Украине, и работать все равно нужно.
Если верить соцопросам, то мы
видим, что команда, которая пришла к власти с невероятно большими
ожиданиями, с колоссальным кредитом доверия, сумела в очень короткий
срок потерять свой высокий рейтинг. Но в политике, как и в природе,
всегда соблюдается баланс – если где-то убывает, то значит, в другом
месте прибывает. Вот и сейчас у нас подготавливается плодотворная почва
для будущего политического класса Молдовы. Сейчас в Молдове идет,
наверное, самое большое переформатирование политического класса. И я
попытаюсь объяснить, почему. У нас несколько лет шли тектонические удары
по всему, чему только можно. В Молдове применялись самые изощренные
политтехнологии, последние наработки которых мы видели в предвыборных
кампаниях. А дело в том, что Республика Молдова все это время была в
зоне интересов больших сил и, пользуясь выражением Самуэля Хангингтона,
находится на стыке столкновения цивилизаций. И все глобальные интересы
были прикованы к нашим регионам – прежде всего к Украине, но и мы
попадаем в эту зону. Николай Паскару: «В той войне, что идет рядом с
нами, лидерам нейтрального государства нельзя «болеть» за тех или других
– это не футбол»
Для нас это с одной стороны проблематично, потому что
мы получаем огромнейший геополитический удар, но это для нас может
оказаться и полезным, потому что именно в период таких тектонических
ударов открываются двери другим силам, очень многое меняется, а
изменения ведут к развитию региона. Мы помним, какой толчок к развитию
получили и Советский Союз и Европа после Второй мировой, и Соединенные
Штаты после Великой депрессии. История состоит из циклов. Об этом в свое
время писал советский ученый Николай Кондратьев. Он высчитывал
периодические циклы подъемов и спадов мировой экономики, получившие
название «волны Кондратьева».
Высчитывая очередные всплески развития
общества на основе уже произошедших событий , этот ученый давал очень
интересные прогнозы. Он чуть ли не открыто говорил о грядущем развале
Советского Союза, считая, что система не может выдержать всех нагрузок.
Вот и нынешние потрясения возникли не на пустом месте. Война на Украине
для всей мировой системы – это разрешение кризиса, который шел с 2010
года, когда мировые экономические пузыри уже начинали лопаться. Многие
политологи предсказали войну на Украине, говоря, что она будет неизбежна
как итог мирового кризиса.
Многие внешние игроки – Соединенные Штаты,
Россия, Китай, Европейский Союз – были вовлечены в этот процесс. И
Украина была неизбежно выбрана для этого, потому что там столкнулись
геополитические плиты. В будущем там предполагается преобразование всей
конструкции. А у нас? У нас тоже.
Если оглянуться на пару лет назад, то
давайте вспомним, что у правительства Кику при президентстве Додона тоже
была очень сложная ситуация, связанная с пандемией. Это тоже был новый
вызов. Но этот экзамен правительство Кику выдержало очень хорошо, о чем
свидетельствуют цифры. Мы помним, что во время пандемии строились ись сотни километров асфальтированных дорог, делались вливания в
экономику, причем очень профессиональные.
Тогда компании были
освобождены от налогов на зарплату, на НДС. И самое главное – на ручном
управлении был остановлен рост цен. Может быть именно поэтому, сейчас по
некоторым опросам, люди хотят видеть Кику во главе правительства? Вот к
этому выводу мы сейчас и придем. Нынешнее правительство, которое
получило такой кредит доверия избирателей, пришло к власти при прямом
лоббировании Запада. Это логично, потому что Западу в нашем регионе
нужно было ручное управление, и мы понимаем, почему.
Нужна была помощь
Украине через территорию Республики Молдова, поддержка и военным, и
транспортным, и любым другим способом. И мы сейчас уже понимаем, почему
была развязана такая ожесточенная предвыборная кампания. И что мы
получаем в итоге? Не до конца разыгранная политическая карта левых,
которые до этого во главе с Додоном были у власти. Партия социалистов не
выполнила до конца свою миссию и осталась с кредитом доверия у очень
многих граждан. Поэтому сейчас во большинстве соцопросов экс-президент
Додон лидирует в рейтинге доверия граждан. Что у нас дальше на левом
поле? Мы видим, что после того, как Игорь Додон оставил Партию
социалистов и ее возглавила группа лидеров, там ничего не развивается.
И
мы можем предположить, что ПСРМ без Додона продолжит стагнировать и
терять свой рейтинг. Социалистов может постичь судьба Партии
коммунистов, имевших очень высокий рейтинг и все шансы стать
парламентским большинством, но в результате даже не вошедших в парламент
2019 года.
Это приведет к тому, что на левостороннем политическом поле
пытаются появиться новые силы. Особенность построения политических
партий в Молдове в том, что люди верят одному лидеру. Партии построены
на конкретных лидерах. У нас очень много партий, но только некоторые из
них реально могут работать. Те несколько лидеров, которые сейчас идут по
политическому полю, и будут, в принципе, открывать следующий
предвыборный сезон. Это, к примеру, может быть Ион Кику, потому что у
него есть команда профессионалов и мы видим, что сейчас люди начинают
возлагать на него надежды. Но люди хотят видеть уже не партийных
деятелей, а патриотов-технократов… Николай Паскару: «В Молдове можно
жить счастливо» Совершенно верно. К примеру, в Кику видят человека,
который смог бы своими знаниями и своей командой решить проблемы в
правительстве.
Потому что его позитивный опыт во время пандемии был
полезен для нашей страны. И, как выяснилось, мы выдержали тот
геополитический удар. Вся критика в адрес Кику была на бытовом уровне –
то какая-то свадьба, то непонятно что… Но в работе он был
профессионалом, и люди ему верят.
Открывая свою партию, он займет центр
политических сил в Молдове, и к нему пойдут многие из партий
демократического толка, в которых сейчас поменялось руководство. У него
пойдет активная работа в территориях. Ведь на местах помнят, как при
правительстве Кику всем мэрам, всем примарам выделялись средства для
строительства дорог, выделялись деньги на ремонт школ, выдавались
зарплаты, и не закрывались ни школы, ни больницы, ни поликлиники, не шло
речи о централизации всех больниц страны, как сейчас собираются
сделать.
Все шло нормально, спокойно. Очень важно – давали компенсации. И
тандем Кику – Додон плюс Гречаная был самым мощным за всю историю
Молдовы. Потому что Додон смог объединить разные политические идеи –
проевропейские, которые есть у Кику, и проевразийские, которые есть у
Гречаной. Он смог их объединить для развития Молдовы. А на правую
сторону политического поля выходит Ион Чебан..
. Вы считаете, он себя
позиционирует как правый, а не как центрист? Я думаю, что больше как
правоцентрист. Посмотрите на его заявления – он признает румынский язык,
хотя еще недавно называл его молдавским, ратует за Европу. Но здесь
есть очень интересный вопрос. Успех Чебана – это успех команды.
А люди
воспринимают вещи немножко по-другому. И самый рискующий политик из тех,
кто имеет супер рейтинг, это Ион Чебан. Мы не знаем, как будут вести
себя избиратели на следующих выборах.
