82 года назад война пришла к своему завершению на молдавской земле стремительно. Ясско-Кишинёвская операция, начавшаяся 20 августа 1944 года, за считаные дни изменила военную и политическую карту этой части Европы. Была разгромлена немецко-румынская группа армий «Южная Украина», рухнул режим Иона Антонеску, Румыния вышла из союза с нацистской Германией. Для территории нынешней Республики Молдова это означало окончание оккупационного режима и войны, которая прошла через судьбы практически каждой семьи. Но спустя восемь десятилетий август 1944-го вновь оказался не только историей.
В современной Молдове спор о том, что произошло тогда — освобождение или начало новой оккупации, — все заметнее превращается в спор о настоящем: о национальной идентичности, внешнеполитическом выборе, отношении к советскому прошлому и, в конечном счете, о том, на какой исторической основе существует сама молдавская государственность.
Именно эта мысль стала центральной на круглом столе, состоявшемся 20 августа в Кишиневе и посвященном 82-й годовщине Ясско-Кишиневской операции. Организованный Общественным советом «За свободную Родину», он собрал историков, политиков, общественных деятелей и журналистов с различными политическими взглядами. Участникам предложили говорить не только о военно-стратегическом значении операции, но и о том, почему трактовки событий августа 1944 года меняются и каким образом историческая память влияет на сегодняшнюю политику.
Операция, которая изменила весь регион
Военная сторона событий, казалось бы, оставляет значительно меньше пространства для споров. Историк и публицист Зураб Тодуа напомнил, что успех советского наступления был связан в том числе с масштабной операцией по дезинформации противника. Советское командование создавало видимость подготовки удара на других участках фронта, и немецкое командование до последнего не смогло определить направление главного наступления. Часть сил группы армий «Южная Украина» была переброшена для отражения удара, которого не последовало. Блистательной эту операцию называют все без исключения военные исследователи.
Но историческое значение августа 1944 года значительно шире военной операции, считает депутат парламента, один из лидеров партии «Гражданский конгресс», антрополог Марк Ткачук. Последовавшие события привели к падению диктатуры Антонеску и выходу Румынии из союза с Германией, а послевоенное устройство региона определило границы, существующие и сегодня.
23 августа молодой король Михай потребовал от Антонеску прекратить войну против Советского Союза. После отказа диктатор был арестован. Румыния сменила сторону в войне, а немецкая попытка вернуть контроль над страной потерпела неудачу. Именно роль короля Михая, отметил Ткачук, позднее стала неудобной для некоторых националистических интерпретаций событий.
Главный вопрос нынешнего молдавского спора ставится так: можно ли считать произошедшее освобождением, если вслед за ним последовало установление советской политической системы? Однако, по мнению Ткачука, смешивать эти два исторических сюжета означает создавать ложную дилемму. Советский период и коммунистическую систему можно и необходимо оценивать критически, но это не меняет характера режима, существовавшего до августа 1944-го.
«Можно по-разному относиться к СССР и советскому наследию. Но нельзя ради этого превращать союзника нацистской Германии в безупречного национального героя или замалчивать преступления режима Антонеску», — заявил Марк Ткачук.
Когда прошлое становится современной политикой
«Сама история все чаще становится инструментом современной политики и геополитического противостояния», — сформулировал проблему председатель Общественного совета «За свободную Родину» Игорь Тулянцев. По его мнению, вопрос сегодня состоит уже не только в том, что произошло в 1944 году, но и в том, каким образом трактовка произошедшего определяет будущее Молдовы.
При этом Тулянцев настаивает: различия во взглядах не должны исключать диалог, поскольку существуют вещи, которые находятся выше партийного противостояния, — страна и ее граждане. Это, пожалуй, одна из наиболее заметных особенностей нынешней молдавской войны за память. Политические разногласия переносятся назад во времени, а события восьмидесятилетней давности получают смысл в зависимости от сегодняшней позиции человека.
Историк Сергей Эрлих полагает, что существует предел тому, насколько далеко такая политика может зайти. Память о Второй мировой войне в Молдове, говорит он, существует не только в учебниках и официальных церемониях. Во многих селах военные мемориалы одновременно являются семейными: на них высечены фамилии дедов и прадедов нынешних жителей. Поэтому изменить государственную риторику значительно проще, чем изменить частную память сотен тысяч семей.
Лидер партии «Сердце Молдовы» Ирина Влах сформулировала похожую мысль иначе: память не должна становиться тестом на политическую благонадежность. «Уважение к ветеранам и память о победе не делает человека пророссийским. Так же, как попытка стереть эту память не делает общество более европейским», — сказала она. Молдова должна иметь возможность вырабатывать собственное отношение к прошлому, независимо от того, какого взгляда ждут от нее в Брюсселе, Москве или Бухаресте.
Битва за учебник
Самая острая часть дискуссии касалась сферы, где историческая политика непосредственно встречается со следующим поколением, — школы. Учебник «История румын и всеобщая история» для 12-го класса уже стал предметом общественного конфликта. Антрополог и доктор истории Леонид Мосионжник заявил, что проведенный анализ выявил в нем 114 фактических ошибок и 28 ошибок русского перевода.
Претензии к учебнику касаются не только интерпретаций. По словам Мосионжника, речь идет о неверных названиях партий и должностей, ошибках в описании армий и военных операций, проблемах с картами и неправильно подписанных фотографиях. Вот лишь два примера: 6-я немецкая армия в рассказе о Сталинградской битве названа 9-й, а фотография событий в польском Лодзи представлена как изображение кишиневской депортации 1949 года.
Но наиболее чувствительным остается вопрос о режиме Антонеску и Холокосте. Критики учебника считают, что ряд формулировок смягчает ответственность режима и недостаточно отражает документальные свидетельства репрессий. Журналист Юлия Семенова на круглом столе призвала перевести дискуссию из социальных сетей и конференц-залов в юридическую плоскость и добиваться официальной оценки учебника.
Так спор о прошлом приобретает вполне современную цену: речь идет уже не о том, что помнят поколения, пережившие войну, а о том, какую версию этой войны получат поколения, которые не имеют собственной семейной связи с 1940-ми.
Почему опасна удобная история
Бывший вице-премьер Александр Муравский назвал одной из главных ошибок стремление судить о прошлом исключительно из сегодняшней политической системы координат. Исторические решения необходимо рассматривать в контексте обстоятельств своего времени. Это не означает морального релятивизма: Холокост и ряд других преступлений, подчеркнул Муравский, невозможно оправдать историческим контекстом, но превращать историю в набор удобных доказательств собственной сегодняшней правоты — значит перестать ее понимать
В сущности, именно здесь проходит важнейшая граница всего молдавского спора о 1944 годе. Признание преступлений сталинского режима не требует реабилитации Антонеску. Критическое отношение к СССР не требует отрицания роли Красной армии в разгроме нацистской Германии и ее союзников. А память о советских солдатах не обязывает современного гражданина Молдовы принимать современную российскую внешнюю политику.
История становится опасной не тогда, когда о ней спорят. Она становится опасной, когда от нее требуют политической лояльности настоящему. Именно поэтому вопрос о словах «освобождение» и «оккупация» оказывается намного больше лингвистического спора. За каждым из них постепенно выстраивается целая конструкция идентичности — со своими героями, жертвами, виновниками и политическими наследниками.
А в конечном итоге, как убежден генеральный секретарь партии «Альянс молдаван» Виктор Мараховский, пересмотр истории XX века начинает создавать риски для молдавской государственности. Если весь советский период описывать исключительно как оккупацию, неизбежно возникает следующий вопрос — о правовом и историческом наследии этого периода, включая границы и институты государства. По мнению Мараховского, постоянная война общества со своим прошлым делает страну уязвимее перед внешним влиянием.
Это политическое заключение ясно показывает, почему дискуссия о событиях 1944 года сегодня вызывает столь сильные эмоции. Стороны спорят уже не столько о прошлом, сколько о легитимности разных проектов будущего.
Память, которая выходит на улицу
24 августа этот спор вновь получит убедительный аргумент. В Кишиневе состоится Марш мира, посвященный 82-й годовщине освобождения Молдовы. Организаторы предлагают связать память о погибших не только с победой в войне, но и с сегодняшней ценностью мира. «Мы помним цену войны, поэтому выбираем мир», — так сформулировал эту идею Игорь Тулянцев.
Возможно, именно эта формула лучше всего объясняет, почему события восьмидесятидвухлетней давности все еще способны выводить людей на улицы. Для последних очевидцев войны история постепенно превращается в память, для их детей — в семейное наследие, для внуков и правнуков — в памятники, фотографии и школьные учебники. Именно на этом переходе возникает пространство, в котором прошлое особенно легко отредактировать под потребности настоящего.
Журналист Наталья Узун на круглом столе предложила вывести историческую память из этой борьбы: история, по ее словам, должна «выйти из сферы геополитики» и стать общенациональным достоянием, способным не раскалывать, а объединять страну. Это гораздо труднее, чем кажется.
Ни одно общество не обладает совершенно нейтральной памятью. Каждое поколение задает прошлому собственные вопросы. Но существует принципиальная разница между новым прочтением истории и ее приспособлением к текущей политической необходимости.
Август 1944 года принадлежит слишком многим, чтобы стать исключительной собственностью какой-либо партии, государства или геополитического лагеря.
82 года спустя Молдове, возможно, предстоит решить не вопрос о том, какую историю выбрать, а способна ли она сохранить право помнить свою историю, не превращая память в еще одну линию фронта.
Подписывайтесь на наш Telegram-канал https://t.me/enewsmd Много интересного: инсайды, заявления, расследования. Много уникальной информации, которой нет у других.
